zinchenkosergey (zinchenkosergey) wrote,
zinchenkosergey
zinchenkosergey

Categories:

Пятерых одним ударом, или первый ас ВМС США


Международный аэропорт Чикаго носит имя человека, чей отец был адвокатом Аль Капоне — босса чикагской мафии времён сухого закона. Как так получилось — читайте в материале Николая Колядко.

Имя Эдварда О’Хэйра было «широко известно в узких кругах». Он был адвокатом и работал на знаменитого гангстера Аль Капоне. Именно благодаря его помощи налоговому ведомству США удалось в 1932 году упрятать босса чикагской мафии за решётку. Возможно, эта услуга правительству и позволила его сыну — тоже Эдварду — поступить в элитное Военно-морское училище в Аннаполисе, где даже для допуска к экзаменам требуется рекомендация члена Конгресса

Однако мафия его не забыла, и в 1939 году Эдвард О’Хэйр-старший был расстрелян в своём автомобиле. К тому моменту его сын уже окончил училище, получил лейтенанта и только что поступил в лётную школу. Любовью к авиации, как ни странно, его заразил отец, в молодости поработавший в том числе и пилотом.

Начало войны Эдвард О’Хэйр-младший встретил старшим лейтенантом и командиром дивизиона 3-й истребительной эскадрильи авианосца «Саратога». Уже 11 января 1942 года их корабль словил торпеду и ушёл в ремонт. Но на берегу истребители пробыли недолго — их пересадили на «Лексингтон», который 30 января вышел в очередной рейд в стиле «ударил и убежал». Их целью был недавно захваченный японцами порт Рабаул на острове Новая Британия.



Сорванный рейд

Раздраконенные предыдущими рейдами японцы серьёзно усилили воздушное патрулирование. Для этого в Рабаул был переброшен дивизион больших летающих лодок H6K «Мэйвис». Утром 20 февраля одна из них и обнаружила американцев ещё в 850 км от порта. Самолёт сообщил о контакте и грамотно спрятался в облаках. Но от радара это помогло слабо.

С «Лексингтона» подняли три пары истребителей, и первое звено отправилось прочёсывать облака в районе обнаружения. Вскоре «японца» обнаружили и сбили. Тем временем нарисовалась ещё одна «Мэйвис», которую постигла та же участь, — с ней расправилось дежурное звено. Третьему же, под командованием Эдварда О’Хэйра, пострелять так и не удалось.

Внезапность была утеряна, и командир американского соединения решил отказаться от рейда, но до темноты идти прежним курсом — чтобы противник обеспокоился ситуацией на юго-востоке и отвёл туда хоть какие-то силы из Голландской Ост-Индии, где у союзников всё было очень плохо. В этом и заключалась «сверхзадача» всей операции.

С шашкой на танк

А у японцев были свои проблемы. В Рабауле у них имелось 18 ударных самолётов G4M1 «Бетти». Тех самых, что не так давно на примере британских «Рипалс» и «Принс оф Уэльс» доказали, что авиация умеет топить даже линкоры. Но поскольку их планировали использовать для поддержки высадки на Новую Гвинею, то торпед к ним не было.

С истребителями тоже было все не очень замечательно. Несмотря на феноменальную боевую дальность «Зеро», 1700 км в оба конца они могли одолеть только с подвесными баками. Которых в Рабауле тоже внезапно не оказалось. Так что в атаку на авианосное соединение японцы отправили лишь бомбардировщики с парой 250-килограммовых фугасок на каждого. И без истребительного прикрытия.



Из-за погодных условий два тютая (дивизиона) «Бетти» разделились и искали противника самостоятельно. Первыми на цель вышли девять бомбардировщиков 2-го тютая. Их обнаружили радары, и в помощь дежурным звеньям истребителей с «Лексингтона» лихорадочно подняли всё, что стояло на палубе. Вскоре в воздухе находились все 16 боеспособных «Уайлдкэтов».



Пока подкрепление набирало высоту, четыре «Бетти» всё же успели прорваться к авианосцу, но не смогли точно сбросить бомбы. Их командир попытался протаранить «Лексингтон», но зенитные автоматы буквально порвали его самолёт в клочья. Вскоре со всеми девятью было покончено, а звену О’Хэйра опять не дали пострелять, продержав его в резерве.

В это время на сцене появились восемь «Бетти» 1-го тютая. Трудно было выбрать более подходящий момент: радар их заметил, но из-за бардака в воздухе эта «засечка» не была идентифицирована как вражеская: половина истребителей выработала горючее и шла на посадку, другая на малой высоте гонялась за остатками 2-го тютая.

Бомби — не хочу!

Единственными, кто стоял между «Лексингтоном» и приближающимися бомбардировщиками, было оставленное в резерве звено старшего лейтенанта Эдварда О’Хэйра. Ему наконец-то представилась возможность тоже немножко повоевать. Получив целеуказание, два «Уайлдкэта» рванули на перехват.



Звёздный час Эдварда О’Хэйра

В качестве первой жертвы О’Хэйр выбрал правое звено из трёх самолётов. Атакуя сверху-справа, он расстрелял один из двигателей сначала правого, а затем и левого ведомого. Обе машины загорелись и вывалились из строя. Старший лейтенант проскочил под японцами и начал набирать высоту для нового захода.



Оглядевшись, О’Хэйр не обнаружил уже своего ведомого — у того заклинили пулемёты. Так что Эдвард остался единственным защитником авианосца. Вторую атаку он провёл уже не поперёк строя, а по диагонали, слева-сзади. За этот проход он расстрелял по двигателю ещё у двух бомбардировщиков.

Набрав высоту, «Уайлдкэт» О’Хэйра пошёл на третий заход спереди-слева. Его следующей целью стала машина командира тютая. Очередная прицельная очередь по двигателю снесла его с креплений, и уже пятая «Бетти» вывалилась из строя. Эдвард перенёс огонь на двигатель правого ведомого командирского звена, но, выдав короткую очередь, его пулемёты замолчали.

Пилот расстрелял весь боекомплект.

В изложении всё это выглядит расстрелом в тире, но не нужно забывать, что «Мицубиси» G4M вовсе не были беззащитными «уточками». На атакованных О’Хэйром бомбардировщиках в сумме имелось 32 ствола 7,7-мм пулемётов и восемь 20-мм автоматических пушек. Но благодаря грамотному выбору ракурсов атак «Уайлдкэт» отделался лишь двумя пулевыми попаданиями. Осколочных пробоин от «дружественного» зенитного огня оказалось гораздо больше.



Последняя атака происходила практически над «Лексингтоном», и уцелевшие бомбардировщики успели сбросить бомбы — они легли всего в 30 метрах за кормой корабля. Потерявшей левый двигатель командирской машине удалось выровняться, и её пилот тоже решил протаранить авианосец. Но и на этой «Бетти» сошлись трассы зенитных автоматов и пулемётов — самолёт потерял управление и проскочил мимо авианосца.

Тем временем подтянувшиеся к месту боя истребители — и даже пикировщики «Донтлесс» — занялись охотой на уцелевших и добиванием повреждённых японских машин. В результате из 17 вылетевших «Бетти» до аэродрома смогли дотянуть лишь две, да и те годились только на запчасти. То есть эта авантюра обошлась японцам этак в половину бомбардировочного авиаполка, если считать по нашим меркам, плюс три тяжёлых летающих лодки.


Пытавшийся протаранить «Лексингтон» самолёт без левого двигателя окончательно потерял управление и падает в воду. На киле хорошо видны «лычки» командира эскадрильи. Съёмка с борта «Лексингтона», 20 февраля 1942 года


Весёлая посадка

После двух бомбёжек и двух попыток тарана зенитчики «Лексингтона» пребывали в состоянии trigger-happy. Иными словами, готовы были стрелять во всё, что шевелится. В результате у одного из них нервы не выдержали, и заходящий на посадку «Уайлдкэт» О’Хэйра встретила длинная очередь 12,7-мм «Браунинга».

Выбравшись из кокпита, пилот медленно дошёл до кормы, уставился на молодого морпеха-пулемётчика, а затем изрёк:

«Сынок, если ты ещё раз начнёшь по мне палить, когда я уже выпустил шасси, — я буду вынужден доложить об этом твоему командиру».

Позднее коллеги поинтересовались — он хоть сам понял, что сказал? О’Хэйр задумался.

«Ну, я, конечно, не имел в виду, что по мне можно стрелять, если шасси ещё не выпущено. Но это ведь могло заставить меня уйти на второй заход, а я не люблю уходить на чертов второй заход!»


Наблюдавшие за боем с «Лексингтона» поначалу записали на счёт Эдварда О’Хэйра шесть сбитых. Однако сам пилот был сильно не уверен в последнем, поэтому количество сократили до пяти. Тем не менее за какие-то четыре минуты в первом в своей жизни бою он не только спас свой корабль, но и получил право именоваться асом. Первым в истории авиации американского флота.

Несмотря на отказ от удара по Рабаулу, результаты рейда были признаны удовлетворительными и на лётчиков «Лексингтона» — впрочем, как и на участников других рейдов — пролился дождь наград. Но Эдвард О’Хэйр был единственным, кто получил высшую награду страны — Медаль Почёта. А заодно и повышен на два звания сразу.


Двадцатидевятилетний командир авиагруппы авианосца «Энтерпрайз» капитан 3-го ранга Эдвард О’Хэйр погиб 26 ноября 1943 года в ходе ночного боя со всё теми же G4M «Бетти», во время прикрытия высадки на атоллы Тарава и Макин.


Автор:Николай Колядко

Источник: warhead.su/

Оригинал взят у komodo74 в Пятерых одним ударом, или первый ас ВМС США
Subscribe

Buy for 20 tokens
Беда не приходит одна Если кто ещё помнит одного из самых ярких блогеров Живого Журнала Рому Петрова romapetrov, то этот пост для вас. Ромы с нами уже нет, однако в его семье продолжают происходить неприятные вещи, так год назад папа Ромы перенес инсульт и мы с вами помогли ему…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 0 comments